Визитная карточка Ямала
Карта Ямала
Ямал в лицах
Боги Ямала
Высказывания о Ямале
Города Ямала
Животный мир Ямала
История народов Ямала
Литература Ямала
Мангазея "ЗЛАТОКИПЯЩАЯ"
Музыкальные инструменты
Народы Ямала
Народная медицина ненцев
Образование на Ямале
Обычаи, обряды, традиции
Освоение Ямала
Писатели Ямала
Праздники тайги и тундры
Происхождение ненцев
Птицы Ямала
Растительный мир Ямала
Реки Ямала
Скульптура народов Ямала
Стихи о Ямале
Традиционная одежда ненцев
Фольклор Ненцев
Цветы Ямала
Экология Ямала
Ягодные россыпи Ямала
Художники Ямала


ТАЛИГИНА Надежда Михайловна,

художник, этнограф ханты

Свадьба.1992. Надежда Талигина. ЯНАО
Волк Атлаелтыт. Дерево, 2004г.
Сумки женские. Надежда Талигина. ЯНАО.

 

Талигина Надежда Михайловна (18.11.1953, юрты Тильтим Шурышкарского района), мастер народного декоративно-прикладного искусства.
Хантыйская художница. Работает с мехом, кожей, сукном, бисером, занимается графикой. Окончила Салехардское культурно-просветительское училище (1980), Московское высшее художественно-промышленное училище им. С. Г. Строганова (1987). В 1987-92 — преподаватель Салехардского межокружного училища культуры и искусства. С 1992 — старший научный сотрудник Научного центра гуманитарных исследований коренных малочисленных народов Севера ЯНАО. Изучает традиционные обряды сынских ханты. Участник выставки «Северная цивилизация на пороге XXI века. Мифология, быт, культура» (г. Москва, 3.12.1999 —16.01.2000). Автор более 10 научных публикаций. Награждена бронзовой медалью ВДНХ.

Л. А. Литвинова
//Ямал: Энциклопедия Ямало–Ненецкого автономного округа: В 3 т. Т.2.Салехард; Тюмень: Издательство Тюменского государственного университета, 2004, 360 с


Родилась 18 ноября 1953 года. Кандидат исторических наук, член Всероссийской творческой общественной организации «Союз художников России».

В 1980 году окончила Салехардское межокружное училище культуры и искусств им. Л. В. Лапцуя. В 1987 году - «Трудового Красного Знамени высшее художественно-промышленное училище» (бывшее Строгановское) в городе Москва, по специальности декоративно - прикладное искусство (художественные изделия из металла, дерева и др.), присвоена квалификация художника декоративно-прикладного искусства. С 1987 года живет в городе Салехард Ямало-Ненецкого автономного округа.

Надежда Михайловна работала преподавателем художественных дисциплин в Салехардском межокружном училище культуры и искусств им. Л.В. Лапцуя. Является автором более 20 научных статей по традиционной культуре сынских хантов. Талигина Надежда Михайловна творческий человек, круг ее интересов и способностей широк и многогранен. Помимо научной работы занимается декоративно - прикладным искусством, графикой, живописью. Работы художницы находятся в художественных фондах государственного учреждения культуры «Окружной Дом ремёсел», государственного учреждения «Ямало - Ненецкого окружного музейно выставочного комплекса им. И.С. Шемановского», в Музее Изобразительных искусств города Тюмени и в многочисленных частных коллекциях в России и за рубежом. Надежда Михайловна, как мастер, прекрасно владеет художественной обработкой меха, кожи, сукна, ткани, бисера, создает традиционные изделия народа ханты, привнося в национальное искусство новые элементы художественного творчества.

В настоящее время работает старшим научным сотрудником Ямальского филиала Института истории и археологии Уральского отделения РАН.

Участие в выставках:

• Выставка учебных, дипломных работ студентов города Москвы, г. Москва,1986 г.

• Выставки в группе художников «Татуко», г. Салехард, 1987-1988 гг.

• Всесоюзная выставка произведений молодых художников «Молодость страны», г. Москва,1989 г.

• Международная выставка «Традиционные народные ремесла», г. Санкт-Петербург, 1992 г.

• Персональная выставка, г. Салехард, 1993, 1996,1998 гг.

• Персональная выставка, г. Ханты-Мансийск, 1994 г.

• Выставка графических работ, г. Сомбатхей, Венгрия, 1995 г.

• Выставка «Северная цивилизация на пороге ХХI века: мифология, быт, культура», г. Москва,2000 г.

• Совместная выставка с С.Ковригиным «Образы Севера», г. Салехард, 2001 г.

• Международная выставка «Лики Арктики», г. Женева, 2002 г.

• Окружная выставка Ямальских художников «Арт-Ямал», г. Салехард, 2003, 2005, 2007 гг.

• Персональная выставка «Миг вдохновенный - росчерк пера», г. Салехард, 2003 г.

• Межрегиональная передвижная выставка «По улицам олень бегущий», городов Сургут, Ханты-Мансийск, Салехард, 2004-2005 гг.

• Персональная выставка «Краски родной земли», г. Тюмень, 2006 г.

• Выставка декоративно -прикладного искусства «Национальные традиции Ямала», г. Новый Уренгой, 2006 г.

• Передвижная выставка декоративно-прикладного искусства «В этом северном крае», п. Яр - Сале, 2006 г.

• Выставка декоративно - прикладного искусства «В этом северном крае», г. Тарко-Сале, 2007 г.

• Выставка в рамках IV Окружной творческой лаборатории «Ямальский сувенир», г.Салехард,2007 г.

• Выставка, посвящённая творчеству ненецкого писателя - поэта Юрия Вэлло, с. Варьёган, Ханты - Мансийский автономный округ, 2008 г.

• Персональная выставка, с. Мужи, 2008 г.

http://www.tgspa.ru/museum/gallery/promisel/yamal/salehard/taligina.php


Запах смолы

Известная не только на Ямале, но и во всём финно-угорском мире мастер прикладного искусства, художник и учёный-исследователь, научный сотрудник Ямальского филиала института истории и этнографии Уральского отделения Российской академии наук, кандидат исторических наук Надежда Михайловна ТАЛИГИНА - частый гость журнала «Ямальский меридиан», многолетний автор иллюстраций к легендам и мифам хантов. Сегодня мы решили познакомить читателя с ней поближе.

- Что повлияло на ваш жизненный выбор занятий языком, этнической философией, историей и изобразительным искусством? — спросил я у собеседницы.
— А что понимать, например, под изобразительным искусством? — вопросом на вопрос начала раздумчиво отвечать Надежда Михайловна. Глаза при этом у женщины загорелись, она как бы вбирает человека, с которым беседует, в глубины своего взгляда и даже сознания. — Нередко спрашивающие о приобщении меня к изобразительному искусству заранее имеют в виду возможного учителя. Если не рисования, то хоти бы учителя начальных классов. Того учителя, который приобщил впервые к карандашу, к чернилам ручки. Но в жизни хантов всё происходит иначе. Меня с детства, чуть ли не с грудного возраста, окружали люди, которые рисовали не карандашами и чернилами, а бисером, орнаментами и аппликациями, ворсом меха различных зверей. Восприятие изобразительного искусства и воспитание им в семье хантов начинается не в школе и даже не в детском садике, а дома, в колыбели. Начинается восприятие искусства пальцами ребёнка, ощущениями пальчиками бисера, меха, кожи и материи. А если к этому добавить жизнь не в каменном доме, не среди бетонных тротуаров, асфальтированных дорог, чахоточных деревьев, отравленных постоянным бензиново-дизельным перегаром, а в лесу, на берегу реки, среди живой природы с фантастическими восходами.
закатами, фантазией красок и звуков живой природы — вот это и будет первым приобщением к изобразительному искусству. К Красоте в самом высоком смысле этого слова.
- Моим первым учителем не только в изобразительном искусстве, но и вообще в жизни была родная тётя, Анна Лонгортова из деревни Оволынгорт. Жила Анна (впрочем, там почти все женщины почему-то звались Аннами) в соседнем с нашим чуме. Муж называл её почему-то Мощной.
— Все тут Анны, а Мощная ты будешьу меня одна! -говорил ей мужчина. И действительно, это была женщина — сказка! На хантыйском языке — Мощная! И не благодаря дородству. В этом-то она была как раз обычной. Мощной моя тётка была потому, что, как в сказке, — мощная духом. Всей внутренней наполненностью. Она из фратрии Мощных. Сказочных! Поэтому все в округе согласились с мужем тётки Анны и называли её Мощной.
Тётушка моя во всём была необыкновенной. Например, она сшила мне в подарок игрушечную детскую люльку такую большую, что в неё можно было уложить настоящего ребенка. Не куколку, а ребёнка! Два дня тётя Мощная шила люльку, целых два дня посвятила мне, восторженно вспоминает Наталья Михайловна и добавляет, — таких больше ни у кого не было. Она же, тётка, научила меня собирать из бисера украшения. Она же учила, где личным примером, а чаще, вручив ножницы, иголку и куски материи, изготавливать детские орнаментированные игрушки. Вот с этого, а не со школы, началось моё приобщение к изобразительному искусству.
Сегодня учёные, да и педагоги-практики, постоянно доказывают важность для развития у ребёнка в дошкольном возрасте активности пальцев в переборе камешек, палочек, птичьих перышек, лоскутков, меха разной степени мягкости ворса на развитие умственных способностей. Очень важно при этом, чтобы развитие ребёнка в раннем детском возрасте проходило на родном языке, в условиях этнической культуры. Беседуешь сегодня с Надеждой Михайловной, женщиной прекрасно владеющей русской речью, европейски образованной, эрудированной, и с трудом верится, что до восьми лет она вообще не умела говорить по-русски. Да и думать по-русски начала совсем недавно. До этого вначале думала на хантыйском языке, потом переводила, переваривала всё на русский или изучаемый иностранный...
- В школе — не бисер, не иголка главное. Главным стали ручка, цветные карандаши и бумага. Изображение переместилось на ровную плоскость. Но и здесь хантыйские дети были несколько иными, чем русские. Многие хантыйские девочки перерисовывали в свои тетради орнаменты и разрисовывали их цветными карандашами. Кстати, особенности приобщения хантыйской девочки к изобразительному искусству может стать интересной темой специального исследования. Так что восприятие прекрасного в хантыйской деревенской девочке заложено почти на генном уровне. А дальше всё зависит от того, в каких условиях эта девочка окажется. Появятся условия — заложенные гены таланта разовьются.
Сегодня Надежда Михайловна — человек, прошедший школу изобразительного искусства в Салехардском среднеспециальном училище изобразительных искусств и школу высшего художественного образования в одном из лучших московских вузов — в Московском Высшем Строгановском художественно-промышленном училище. Она сама для себя снова открывает мир национально-прикладного искусства народа в его древних истоках.
Как только высвобождается свободным час-другой, Надежда Михайловна спешит в музейно-выставочный комплекс имени И.С. Шемановского. Она изучает здесь графику на стенах керамических сосудов, исполненных на сырой глине и обожжённых приблизительно в 5—4 веках до н.э., около двух с половиной тысяч лет назад. Тончайшие красивейшие изделия. Их, эти изделия, обнаружил на реке Сыне Шурышкарского района.
недалеко от родных мест Надежды, Евгений Алексеевич Васильев, археолог из Томского госуниверситета. Много дней сидела Н.М. Талигина в музейно-выставочном комплексе, перерисовывала себе в альбом рисунки древних орнаментов.
Художника и историка, учёного-исследователя, Надежду Михайловну интересуют не только орнаменты, но и форма посуды, её размер и композиция, техника исполнения орнаментов различных видов. Всё это заставляет задуматься над бытованием орнамента в наши дни. Важно понять, что необходимо возродить, и додуматься, как это сделать естественно и натурально.
— Поразило меня, — размышляет вслух, разговаривая как бы сама с собой, раздумчиво, Надежда Талигина, — что орнаментом украшена не только внешняя сторона глиняной посуды древних хантов, но и внутренняя. И даже невидимая нижняя сторона глиняного сосуда вроде современной селёдочницы украшена точками, штрихами, дырочками. И всё это с удивительно тонким вкусом и художественным тактом.
Каменные орудия труда древних, хоть и без украшений, покоряют Надежду Михайловну тщательностью гладкой полировки. А когда художница увидела изделия из бересты, найденные на раскопках 14—16 веков в Усть-Войкарах, чтоб лучше разглядеть тончайшие линии орнаментов, низко наклонилась над столом с изделиями да так и не разгибалась в течение нескольких часов. Еле оторвалась от необыкновенной красоты. Необыкновенны изображения глухарок, лебедей, орлов. Потрясают лебеди — эти воплощения красоты окружающего мира, и поедающие всё грифоны.
Обращение к истории искусства родного народа разбудило в Надежде Михайловне дремавший почти инстинктивный интерес к истокам родного языка, к истории финно-угорской транскрипции, к попыткам учёных точно воспроизвести интонацию, музыку речи предшественников. Н.М. Талигина благодарна судьбе за встречу с Натальей Борисовной Кошкарёвой из Новосибирского отделения Российской академии наук. Вместе с Валентиной Солевар Наталья Борисовна подготовила учебник по финно-угорской транскрипции. Изучая научные труды этих талантливых учёных, Надежда Михайловна поняла, что работа талантливого человека кажется лёгкой, как пушинка, даже если посвящена сложнейшим механизмам образования звуков речи в коми, ненецком и хантыйском языках.
- Кстати, интерес к транскрипции звуков родного языка, — замечает Надежда Михайловна, — помог мне оценить новаторскую работу Геннадия Ивановича Кель-чина, пытающегося по записям Прокопия Ермолаевича Салтыкова воссоздать звукопись древних героических песен хантов. В этом отношении интересны недавние публикации Геннадия Кельчина в газете «Лух Авт» на хантыйском языке. Он напечатал тексты на ханты-языке, пытаясь соблюдать финно-угорскую транскрипцию, стараясь услышать и передать трудноулавливаемый гул родной речи. Часами любит исследовательница — чем дальше, тем больше — читать хантыйские тексты на латинице немецкого учёного Штейница. Эти тексты доносят аромат звуков речи, устных рассказов 1930-х, годов. А как приятно устранить неточности, докопаться до красоты подлинного родного языка и быта оригинала, когда удаётся преодолеть неточности, ошибки в переводе финского учёного Карьялайнена!
Читаешь Штейница или Карьялайнена... Первое чтение — тебя охватывает восторг предчувствия открытия новой неизвестной тебе красоты. Потом наступает разочарование от того, что сохраняются неточности, неясности. А потом снова наступает необыкновенное удовольствие, когда тебе удаётся что-то уточнить, пробираясь сквозь языковые барьеры. Ведь через изучение того же Штейница вдруг понимаешь красоту народных хантыйских сравнений гребней обских волн с полётом белоснежных чаек, а высоту волн — с высотой крыш домов.
Много лет изучая старинные героические песни своего народа, восторгаясь красотой речи в целом и отдельных оборотов, Надежда Михайловна со временем осознала, что многое в записях этих песен так и остаётся загадочного, не прояснённого. Во многом это, по мнению Надежды Михайловны Талигиной, объясняется тем, что песни эти создавались, переводились и первоначально записывались мужчинами во время священных праздников. В результате женский мир хантыек и ненок до недавнего времени был закрыт.
— А где же женский внутренний мир? Где женская суть северной женщины? — сама себя спрашивает Надежда Талигина. И сама отвечает:
- А я знаю, где этот мир искать! Я его вижу частично в своих рисунках, одежде, в различных поделках, которые изготовляю в подарок для родных и близких мне людей. А в кандидатской диссертации о жизненных обрядах сакрального характера мною внутренний мир северной женщины едва ли не впервые рассмотрен, можно даже уточнить, подсмотрен с той точки зрения, какая мужчинам не была известна.
Действительно, многие стороны жизни северной женщины в чуме, даже её внешняя жизнь, не говоря о внутренней, во многом остаётся неизвестной, закрытой даже для тундрового мужчины, который и живёт вроде с ней рядом, воспитывает вместе детей. Но он, как правило, не видит последних, едва ли не главных дней и недель любимой женщины перед рождением ребёнка, он не видит и, по представлениям северных людей, не должен видеть, как и откуда появляется ребёнок, его сын или дочь, на свет. Многое в раздельном тундровом воспитании мальчиков и особенно девочек остаётся для мужчин за кадром. Тем более остаётся это за кадром психологических, педагогических, социально-культурологических и многих иных исследований.
Замечу в связи с этим, что огромный, по настоящему до сих пор недооценённый вклад ямальских женщин-учёных Е.Т. Пушкаревой, Е.Г. Сусой, Г.П. Харючи, В.Н. Няруй, Н.М. Талигиной и других в исторические, этнографические, социальные, психолого-педагогические, культурологические науки достоин специальных исследований. Сейчас же, к слову, отметим, что значительное место в этих исследованиях в раскрытии внутреннего мира северной женщины, особенно в ситуациях встреч с сакральным миром, встреч с жизнью и смертью, принадлежит Надежде Михайловне Талигиной.
Надежда Михайловна Талигина — первый профессиональный живописец из числа женщин коренных пародов Крайнего Севера. Родилась она в посёлке Тильтим Шурышкарского района. Сюда она до сих пор ездит в свободное время для творческого вдохновения. После получения высшего художественного образования Надежда Михайловна вернулась в Салехард и работала преподавателем художественных дисциплин в училище культуры и искусства.
Как художник Надежда Михайловна проявляется в двух разных ипостасях. Когда нужно выразить буйство красок, пластичность форм, она берётся за изделия прикладного искусства: шьёт сумочку, изготовляет портмоне, игольницу с напёрстницей. Или кофту, платье. А иногда берётся даже за пошив верхней одежды. И тогда все участники многочисленных выставок не могут оторвать глаз от многокрасочных художественно выверенных по цветовой гамме, переходам меховых отливов, дерзким сочетаниям бисера, ровдуги, различных бляшек. Прошло много лет, когда я лично увидел впервые эти вещи на выставке — до сих пор стоят в глазах.
А графические рисунки Надежды Талигиной не зря сравнивают с классическими японскими миниатюрами — они « столь же лаконичны и композиционно завершены». Обычно на белом листе бумаги, напоминающем нетронутый белый омег, какая-то жизненная картинка. Обычно малолюдная. Из двух-трёх человек. И почти всегда рядом олени. Как правило, с ветвистыми сказочно красивыми завитыми рогами. Иногда одинокий куст дерева. Или одинокая птица.
Очень много рисунков с изображением погребальных обрядов. Вот длинный заколоченный деревянный гроб с длинным деревянным шестом для переноса жилища покойного в иной мир. Рядом сидят с поникшими головами родственники — жена, сестра, дети. Торчат ноги какого-то склонившегося мужика. Такова печальная изнанка жизни. И художник не прячется от жизни.
Названия многих картин художницы двойные — на хантыйском и (в скобках) русском языках: Уллы Тала (Олени, предназначенные для забоя во время погребального обряда); Хуптайтыла (прощание), Ушпи (сосны)...
Из других художников Надежде Михайловне ближе всего Геннадий Райшев.
- Великолепно он изображает простых мужиков. Например, портреты сидящих в лодке у самой воды. На фоне природы, на фоне реки, в мелкой ряби водных резцов. Поражают линии структуры воды, трав, земли... В итоге мужики получаются живыми, животрепещущими на поверхности воды. Даже вибрация воздуха передаётся.
В плане научном недавно Надежда Михайловна Талигина по заказу Департамента малочисленных народов Севера ЯНАО подготовила книгу «Медвежий праздник».
В перспективе как учёный Надежда Михайловна планирует подготовить книгу о промысловых хантыйских народных праздниках, а сейчас работает над коллективным словарём культовой лексики коренных малочисленных народов Ямала.
Каждый раз, когда Надежда Михайловна работает над очередной научной книгой, ей хочется сохранить в них запах лиственничной смолы. Чтоб пожевал её, вспомнил детство — своё и своего небольшого народа—и чтоб долго сопровождал тебя благоуханный лесной запах. В картинах, рисунках она этот запах сохранять научилась.
В книгах, научных работах этот запах сохранить труднее. Тем более, что учёные, работающие вместе с ней в филиале научно-исследовательского института истории и археологии, требуют писать сугубо научно. Ей же хочется писать так, чтобы сквозь научный текст, как в лиственничном полене, могла в нужный момент выступить смола.

Макеев А.

//Ямальский меридиан.-2008.-№1.-С.33-36.

наверх

 

 
 
Все тексты в нашей библиотеке предназначены только для личного использования.
Любое коммерческое использование текстов категорически запрещается.
Все права защищены. 2005-2013
Контактная информация